Наненкас. Часть 11: Умереть несложно, сложно к жизни вернуться

Долгожданное возвращение тауренки Наненкас! 11 часть рассказа была прислана госпожой Ларой. Мы все очень ждали этого и вот — момент настал =).

Тем, кто пропустил первые части рассказа, уже больше похожего на полноценный роман, рекомендую прочитать:

Часть 1 Часть 4 Часть 7
Часть 2 Часть 5 Часть 8
Часть 3 Часть 6 Часть 9
Часть 10

Громада Колизея все так же величественно возвышалась над остальными шатрами лагеря. Жестко хлопали замерзшие на холодном ветру флаги, слышался легкий гул оживающих трибун.
Наненкас следом за друзьями взошла по ступеням к входу на арену, старательно отгоняя невеселые мысли. Машинально проверяя, ладно ли пригнаны доспехи, она убеждала себя, что последние слова Варгас вызваны лишь нервным и физическим напряжением, вызванным нелегкими боями. «Что может с нами случиться? Мы опытные бойцы, а Скайр – прирожденный тактик, — уговаривала себя тауренка, — это всего лишь соревнования. Жестокие, но иных в Нордсколе и не может быть».

- Поздравляю вас, герои, вы дошли до финального сражения, — распорядитель Колизея тепло улыбнулся в знак приветствия.

Скайр в ответ лишь сдержанно кивнул:
- Значит, не будем мешкать. Объявляйте.

Наненкас уловила тщательно скрываемое напряжение в голосе жреца и тревожно оглядела друзей, желая увидеть хоть один расслабленный жест, услышать шутку или доброе слово, но лица всех были хмуры и сосредоточены, взгляды направлены прямо перед собой. Лишь взгляд молодого Рамтара так же как и ее собственный, метался от одного друга к другому в поисках поддержки и ободрения. Да Мао, без видимых признаков беспокойства, напевал себе под нос какую-то песенку.

Оскорбленный холодным приветствием распорядитель поднялся к Фордрингу. Через некоторое время хорошо поставленный голос Верховного Лорда после краткого приветственного обращения к бойцам и трибунам объявил:
- Лишь сплотившись, вы можете пройти последнее испытание. Из глубин Ледяной короны навстречу вам поднимаются две могучие воительницы плети: жуткие валь’киры, крылатые вестницы Короля Лича, Фьола Погибель Света и Эйдис Погибель Тьмы! – Тирион Фордринг приглашающее махнул рукой в сторону ворот, и зрители изумленно ахнули, когда в центр арены вылетели две великолепные крылатые девы.

Казалось, они были сотканы из света самых холодных звезд или вырублены из глыб самого чистейшего льда, какой нашелся во всем Нордсколе. Завораживающая красота и совершенство практически обнаженных тел смешивались в причудливом коктейле с четко осязаемой угрозой, исходящей от их величественных фигур. Огромные крылья легко держали сестер над полом. Высокомерные лица не выражали никаких эмоций. В руках валькиры сжимали какое-то оружие, которое Наненкас никак не удавалось разглядеть из-за сильного сияния, исходящего от крылатых тел воительниц.
«Навряд ли именно о таких спутницах мечтают погибшие воины, отправляясь к небесным чертогам» — позволила себе мысленно усмехнуться Наненкас.

Валькиры замерли в центре, за каждой из них в дальнем конце арены возникли светящиеся сферы: белая и черная. Такие же сферы возникли перед валькирами со стороны героев.

Румхо с досадой откинул свиток, в котором значился с таким трудом добытый перечень возможных существ, которых могли выпустить на арену:
- Их нет в списке!

- Не удивительно, — ответил Варгас, — до последнего боя никто и не доходил.

Друзья удивленно переглянулись. Нанни требовательно взглянула на Скайра:
- Это правда?

Жрец пожал щуплыми плечами:
- А что бы это изменило? Вы бы отказались идти дальше, как все остальные?

Наненкас подумала, что это было бы неплохо. Ева и Варгас были явно с ней солидарны, но насупленные брови остальной части команды не позволили ей сказать это вслух. Все продолжали разглядывать воительниц.

- Они вроде как разного цвета, — неуверенно сказал Крегг. И тут же поправил сам себя. – Ауры у них, что ли, разные…
Наненкас до рези в глазах вглядывалась в валькир, но никакой разницы не заметила. Цвет аур заглушало сияние тел.
- Да, и эти сферы появились здесь не зря. Ну-ка… – Скайр приблизился к ближайшей белой сфере и дотронулся до нее. Тотчас воздух вокруг него осветился искристым белым сиянием. Валькиры не шелохнулись.
- Светлая сущность, — довольно проскрипел жрец, разглядываю свою словно припудренную серебристым порошком руку и прислушиваясь к внутренним ощущениям.

- Тогда тут должна быть темная, — отрекшийся подошел к ближайшей черной сфере и прикоснулся к ней. Аура вокруг жреца стала черно-фиолетовой. – Что и требовалось доказать.

Наненкас, как и остальные члены группы, тихонько ждала, когда лидер закончит свои нехитрые исследования. Поскольку идей о том, как победить сестер и какого подвоха можно ожидать от них во время боя, ни у кого не было, оставалось только терпеливо ждать, что предложит опытный Скайр. Но жрец то продолжал ходить от сферы к сфере, то подолгу замирал на почтительном расстоянии от валькир, что-то бурча себе под нос.

Трибуны тоже затихли в терпеливом ожидании, проявляя уважение к лидеру единственной группы, которая согласилась участвовать в последнем состязании. Лишь изредка слышалось чье-то сухое покашливание, да шелест платьев.

Нанни услышала легкий шорох и довольные возгласы у себя за спиной. Мао, с перекинутым через руку плащом, неуклюже изображая официанта, обносил участников группы небольшой флягой с явно алкогольным напитком. Когда и до Наненкас дошла очередь, она поднесла емкость ко рту и сделала глоток. Горло обжег крепкий ром.
- Ну как, страх отступает? – подмигнул Мао, забирая флягу и передавая ее Рамтару.

Наненкас благодарно кивнула, с облегчением отметив, что лица друзей постепенно покидает утренняя тревога. Веря в то, что Скайр рано или поздно предложит тактику, все деловито готовились к битве.
Крегг, как всегда перед боем, достал точильный камень и любовно доводил до совершенства итак идеально острое лезвие своего огромного топора. Румхо доставал из дорожной сумки заранее приготовленные магические зелья для каждого участника группы: настой ледяного змея для увеличения силы заклинаний – для себя, отрекшихся, Наненкас и Евы, настой бесконечной ярости для увеличения силы атаки – Креггу и Рамтару, настой каменной кожи, увеличивающий запаса здоровья Мао и Гариэлю.

Варгас занялся призывом беса и установкой источника душ, прозванным грубоватыми воинами «клозетом» за схожую форму. Юджин колдовал над созданием Стола с яствами. Мао и Гариэль, допив остатки рома, помогали отрекшимся, а Рамтар развлекал Еву тем, что превращался то в медведя, то в кота и пытался изобразить несколько танцевальных па.

Наконец Скайр изволил отвлечься от изысканий и вернулся к друзьям. С сомнением почесав острым ногтем макушку, он изложил свои идеи:
- На первый взгляд все достаточно просто и логично. Нанести урон светлой валькирии можно, обладая аурой темной сущности и наоборот. Полагаю, что раз они сестры, то могут владеть магическими способностями, излечивающими друг друга. Их сущности тесно связаны между собой, как бы сказать понятнее… — жрец почти по-старчески пожевал сморщенным ртом.

- Ты хочешь сказать, у них одна жизнь на двоих? – уточнил Юджин.

- Именно. Убьем одну – погибнет и вторая. Нам нужно разделиться на две группы. Мао будет отвлекать Фьолу. Ева – иди с ним. Оба берите ауру светлой сущности. Остальные должны сосредоточиться на Эйдис, соответственно – взять ауру темной сущности.

Разделившись, друзья подошли к требуемым сферам.

- И все-таки меня беспокоит, что все выглядит так просто. – Тень неуверенности сквозила в голосе жреца.

Пообещав держать уши востро, группы с двух сторон приблизились к сияющим фигурам.

***

Свет, исходящий от Эйдис, слепил глаза и обесцвечивал ауры дружественных целей. Валькиры перекрикивались высокими громкими голосами, скорее похожими на крик орлиц. Воздух трепетал от мерных взмахов величественных крыльев.

Герои с опаской приближались к валькирам. Неподвижность воительниц смущала. Но только Гариэль, примериваясь, занес меч для первого удара, как валькирия бросилась на противников. Мао, в свою очередь рванул, в сторону Фьолы, прикрываясь щитом. Тотчас появились мерцающие белые и черные шары, словно из неоткуда возникшие по краям арены. Шары сначала с ленцой, а потом все ускоряясь, двигались к центру, норовя за кого-нибудь зацепиться.

Нанни поначалу не обратила на них никакого внимания, но когда столкнулась с одним белым шаром, получила удар такой силы, что чуть не лишилась сознания. Небольшой на вид шар при соприкосновении с дубовой кожей Древа Жизни молниеносно превратился в скромных размеров вихрь. Но вот саданул скромный вихрь тауренку в бок на редкость нескромно.

Мало того, ударной волной зацепило и Юджина с Варгас, которые находились недалеко от Наненкас. Ситуацию спас предусмотрительный Скайр. Каждого бойца он защитил заклинанием Слова силы: Щит, которое поглощало существенную часть нанесенного урона.

Темные шары, похоже, не наносили вреда носителям аур темной сущности, и даже давали какой-то положительный эффект, но Наненкас не была уверена, что справится с двойной задачей: избегать одних и ловить другие. «И тут бегать, — мысленно простонала тауренка. – так можно и корни в опилки стереть!»

Гораздо лучше с шарами разобрался Юджин. Маг, поймав ненароком черный шар, почувствовал, как ускоряется скорость его заклинаний. Пальцы покалывало от нетерпения, а слова заклинаний так и срывались с губ.

Юджин, изловчившись, подпрыгнул и поймал еще один черный шар. Закричал, торопясь поделиться догадкой, остальным:
- Ловите черные шары! Непередаваемые ощущения!

Это был первый бой, в котором Наненкас даже не пыталась положиться на собственные ощущения и, с трудом уворачиваясь от увеличивающегося количества шаров, лишь слепо следовала хриплым командам отрекшихся, Скайра и Юджина.

То и дело сквозь звуки боя доносились их голоса:
- Шар, Крегг, отойди!
- Смотрите по сторонам! Рамтар, передвинь свой мохнатый зад!
- Наненкас, не спи! Держи Гариэля!

С дальнего конца арены донесся крик Мао:
- Похоже, моя валькира что-то затеяла! Руками машет и причитает! Скайр, что делать?

Жрец обернулся:
- Причитает – значит, лечится! Стукни ее сильнее!
- Я стучу, урон не проходит, она закрылась магической оболочкой! — обиделся Мао.

Скайр, чудом предугадав беду, скомандовал всем переключиться на защитный барьер, возведенный валькирой: «Мы должны продавить щит! Сбить ей заклинание!»

Температура на арене заметно поднялась, это Юджин, сотворив себе в помощь три собственные тощие копии, вместе с Румхо и Варгас удвоили силу своих заклинаний, уничтожая щит, которым окружила себя Фьола. Как только барьер пал, Мао со всей силы саданул щитом по обнаженному бедру валькиры. «Причитания» сменились истошным воплем, от которого затрепетали вымпелы, украшающие арену.

Тогда Эйдис, увидев неудачную попытку сестры, стала стремительно поднимать вокруг себя Светлую воронку. Наненкас, едва успевая перемещаться вокруг бойцов, лавируя между белыми шарами, неожиданно встала как завороженная, не в силах отвести глаз от стремительно возникающего вихря.

- Нанни, ты что встала! Срочно смени ауру, иначе от тебя рога и копыта останутся! – Юджин с силой подтолкнул Наненкас к белой сфере, и как только она сменила ауру, за руку оттащил обратно к темной сфере возле входа на арену.

Возле темного портала уже собралась вся группа, чтобы перевести дух, пока валькирия, исторгая из груди звук, больше похожий на продолжительный стон, поддерживала вокруг себя гигантскую воронку.

- У меня глаза слезятся, — жалобно проскрипела Нанни, протирая руками-ветками воспаленные чувствительные глаза.
- От визга этих бабищ у меня закладывает уши, — пожаловался в свою очередь Крегг, наблюдая за тем, как сила вихря постепенно убывает.
- Да, голосочки у них на редкость мерзкие, — согласился Румхо, — Скайр, может быть, я сейчас активирую Жажду крови? А то ж глухими останемся.

- Почему бы и нет, ауры у сестренок заметно померкли.- Скайр подал знак, группа сменила светлые сущности обратно на темные и вновь рванула к Эйдис.

Разъяренная неудачной попыткой уничтожить противников воронкой, валькира сияющим вихрем закружилась вокруг Гариэля, норовя выбить щит из его рук.

Жрец скомандовал:
- Румхо, давай!

Глаза шамана налились кровью, он боднул рогатой головой воздух, словно отбиваясь от невидимого противника, с силой взмахнул рукой и в ту же секунду воздух вокруг бойцов подернулся красноватой дымкой. Наненкас почувствовала, как теплая яростная волна подхватывает ее, заставляя заклинания срываться с кончиков пальцев с увеличенной скоростью. Тауренке даже показалось, что она стала гораздо сильнее и выше, чем была на самом деле.

Заклинание Жажды крови, наложенное Румхо, ввело бойцов в состояние близкое состоянию берсерка, когда бьешь, не оглядываясь назад, не чувствуешь боли и не раздумываешь над тем, что будет потом. Острые как бритва когти Рамтара, двуручный топор Крегга, мечи и магические заклинания впивались в тело валькиры, не оставляя привычных кровавых следов. Только постепенно затухающие ауры и неверность движений крылатых сестер выдавали их истинное состояние.

С горестным вздохом опустилась на пол Эйдис, едва не погребя под собой Гариэля. В тот же миг пала, как сломленная колонна, Фьола, которую весь бой отвлекал Мао в сопровождении исцеляющих заклинаний Евы.

Друзей еще слегка потряхивало от действия Жажды крови. Некогда грозные воительницы жалкими мерцающими кучками лежали у их ног. В ушах все еще шумел звук битвы и воплей валькир. Скорая победа изумляла и переполняла радостью.

Наненкас, не меняя формы, помчалась навстречу Мао и Еве, размахивая ветками:
- Победа! Мы – чемпионы! Мы – герои! Ты веришь в это, Мао? Ева, веришь?

- Нанни! – воин, смеясь, обнял Древо Жизни за жесткую талию. – Верю, моя ночная звездочка!

***

Рамтар и Крегг подхватили Скайра и стали подбрасывать его вверх под аплодисменты трибун. Юджин сотворил заклинание Снежной бури, а Наненкас — Спокойствие. Это заклинание осыпает дружественные цели целебным сияющим дождем. Десять героев стояли в центре арены посреди самодельной иллюминации из снежных стрел и сверкающих капель и наслаждались своей победой.

Тирион Фордринг в избытке чувств так хлопнул паладинской дланью по плечу своего оруженосца, что бедняга чуть не вывалился с трибуны. Обычно сдержанный Верховный Лорд не скрывал радости. Мало того, что казна Серебряного Авангарда за месяцы соревнований обильно снабжалась звонкой монетой, что обеспечило содержание, обмундирование и оружие для огромного войска, так ему еще и удалось собрать под одной крышей лучших бойцов Азерота и выбрать из них сильнейших. Пожалуй, эта десятка храбрецов действительно может устроить настоящий погром в Цитадели. Артас должен быть устрашен и… спасен.

Верховный Лорд торжественно произнес:
- Король Лич понес тяжелую потерю! Вы проявили себя как бесстрашные герои Серебряного Авангарда! Мы вместе нанесем удар по Цитадели Ледяной Короны и разнесем в клочья остатки Плети! Нет такого испытания, которое мы бы не могли пройти сообща!

Возникновения еще одного портала на арене никто никак не ожидал. На него поначалу даже не обратили внимания. Но когда из его клубящейся темноты возникла мрачная фигура, взгляды сотен глаз уже не могли оторваться от зрелища, которое перед ними предстало.

Тяжелый, обтрепанный по краям плащ ядовитым туманом полз за хозяином. Недобро переливались на доспехах голубые руны, в злобном крике оскалился демон на рукояти могущественнейшего из мечей – Ледяной скорби. Не догадаться, кто сейчас идет от портала к центру арены, не смог бы даже пятилетний орчонок. От бывшего паладина веяло вечной мерзлотой и смрадом подземелий. Голос пришельца, глуховатый из-под шлема, обещал каждому из присутствующих долгую-долгую и мучительную смерть.

- Ты получишь свое испытание, Фордринг! – Леденящий душу смех раздался над ареной. — Нерубианцы построили свою империю под замерзшими пустошами Нордскола. Империю, над которой ты так глупо возвел свои здания! Мою Империю!
Души твоих падших чемпионов будут моими, Фордринг!

Наненкас от страха словно окаменела. Такими же каменными истуканами стояли рядом ее друзья. Зрители повскакивали с трибун и бросились кто куда. Охрана Тралла и Вариана Ринна окружила своих предводителей плотным кольцом, ощетинившись остриями мечей. Верховный Лорд побледнел и сжал руки в латных перчатках так, что раздался скрип металла о металл.

Король Лич вознес меч над головой и с силой вонзил его в центр арены. Жуткий треск раздался под сводами Колизея. Массивные полы разлетелись на куски, и Наненкас с ужасом поняла, что летит в пропасть.

***

И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда,
Прошу тебя — налей еще вина;
Смотри — на дне мерцает прощальная звезда;
Я осушу бокал до дна…
И с легким сердцем — по Дороге Сна…
Мельница. Дорога Сна.

Только что Мао заносил меч над изрубленным грудным панцирем гигантского арахнида, и вот он уже стоит в размытых сумерках абсолютно один. Исчезли звуки боя, исчезли мерзкие гигантские пауки, исчезли друзья, которые только что сражались рядом с ним плечом к плечу. Насколько хватало взгляда, вокруг стоял серый колышущийся туман. Местность казалась смутно знакомой, но расплывающиеся перед глазами детали ландшафта мешали сориентироваться. Не было ветра. Не было звуков.

«Где я? Что это за место?» – собственный голос показался таурену чужим. Мысли расплывались в разные стороны, как ленивые шалфокуни. Одолевала легкая зевота. Сделав на собой усилие, Мао заставил себя пройти несколько шагов. Окружающий его туман постепенно стал наполняться легкой вкрадчивой музыкой. Мао перешел на бег и неожиданно выскочил на небольшую поляну. В центре поляны парила девушка, аккуратные крылья едва слышно шелестели в неподвижном воздухе.

«Опять валькиры?!» – Мао потянулся за мечом, но ему почему-то никак не удавалось ухватиться за его рукоять.

Девушка повернулась к таурену и он не смог отвести взгляд от ее безликого лица. «Я не валькира, воин. – раздался шепот в голове Мао. – Я твой Ангел».

- А ну-ка, вылезь из моей головы! – набычился таурен. Громкий окрик увяз в тумане.

«Не могу» — с легкой укоризной сказал голос.

- Тогда хотя бы объясни, ангел, что я тут делаю и как отсюда выбраться? – Мао хотел бы, чтобы его голос звучал угрожающе, но в интонации явно сквозила растерянность.

Голос явно удивился недогадливости таурена:
«Воин, ты не можешь отсюда выбраться. Ты умер.»

Мао потерянно опустил руки, пытающиеся безуспешно выдернуть из ножен меч и тоскливо спросил:
- И что теперь?

Девушка сделала приглашающий жест: «А теперь, как заведено, ты отправишься в долгое путешествие по Дороге Сна». Призрачная рука протянула Мао кубок, до краев наполненный прозрачной жидкостью. «В конце пути ты обретешь вечный покой. Встретишься со своими предками и погибшими друзьями. Ты же хочешь этого, воин?»

С безнадежным вздохом таурен принял кубок, но тут серый туман пронзил зеленый луч. Как прожектором, луч обшаривал расплывчатые кочки, то приближаясь, то теряясь вдали. За лучом следовала песня. Не песня даже, а призыв. На минуту Мао почувствовал неодолимое желание сходить и посмотреть, что это за луч и куда зовет эта песня. Голоса, поющие ее, казались смутно знакомыми, но Мао не мог никак вспомнить, где и когда слышал их.

Но кубок так приятно лег в руки, а от жидкости шел такой нежнейший аромат, что Мао тут же расхотелось куда-то идти.. «Как хорошо просто сидеть, отдыхать, и ни о чем не думать, — лениво подумал Мао».

Ангел нетерпеливо шевельнулся:
«Пригуби, таурен. Это лучшее вино, которое ты когда-либо пробовал».

Мао послушно сделал глоток и зажмурился от удовольствия. Вкуснейший нектар, божественная амброзия разлилась по его телу. Дурные мысли исчезли вовсе, в голове зазвенели радостные колокольчики и появилась приятная слабость. Совсем рядом снова возник изумрудный луч и вновь зазвучал таинственный призыв, но голоса уже не казались Мао знакомыми и ему больше не хотелось идти и смотреть, что это за луч и что это за песня.

- А ты права, лучшего вина я не пробовал ни раз у в жизни!

В голосе ангела тоже зазвучали самодовольные нотки:
«Зато теперь у тебя этого вина будет сколько угодно, воин. Испей еще. Твоя дорога длинна. Набирайся сил.»

Мао с благодарностью посмотрел на крылатую девушку и поднял кубок в ее честь.

Вдруг кубок вылетел у него из рук, веер драгоценных капель разлетелся во все стороны. Мао придавило сверху чем-то большим и тяжелым. Таурену было очень жаль разлитого вина и он стал брыкаться и изворачиваться от свалившегося ниоткуда нечто.

- Мао, ну ты и в самом деле броненосец! – огромный незнакомы орк что есть силы тряс таурена, ухватив за грудки.

- Ты кто? Я в первый раз тебя вижу, воин. Присоединяйся ко мне, испробуй вкуснейшего вина. – Мао благодушно улыбнулся клыкастому незнакомцу.

- Мао! Это я, Крегг! Вот дурень-то, ты зачем хлебал их пойло? – орк пинком откинул подальше в туман кубок и свирепо уставился на безликую девушку.- Ну прямо спасу от вас нет! За каждой кочкой уже караулить стали!

Ангел демонстративно отвернулась от зеленого хама, раздраженно хлопая крыльями. Орк витиевато выругался. Было заметно, как ему хочется хорошенько треснуть ангела по безликой черепушке, но вместо этого он еще пару раз хорошенько тряхнул расслабленного таурена.

Мао потер руками глаза, помотал рогатой головой:
- Крегг-Крегг, ты чего так разорался?

Орк от радости аж всплеснул руками:
- Быстро ты однако отошел. Я уж думал, что придется всю дорогу тащить тебя на себе.

- Ты про Дорогу Сна? – уныло спросил Мао.

- Дорога Сна, Дорога Сна! — Крегг передразнил шепот безликих. — Пошли они в Каменор со своей дорогой, у нас и тут дел немеряно!

- Мать земля! – Мао хлопнул себя рукой по лбу. – У нас же бой!

- Судя по тому, что Нанни с шаманом начали ритуал воскрешения, бой уже закончился. Надеюсь, все наши уже ответили на призыв. Я тоже пошел было, да вспомнил, что ты еще ни разу не умирал. В последний момент спохватился. – Орк досадливо покачал головой. – Еще немного, и у тебя совсем бы память отшибло.

- Так они… — Мао кивнул в сторону оскорбленной спины ангела, — недобрые что-ли?

- Они ни добрые, ни плохие, таурен. Никакие они. Бывает, могут дорогу обратно даже подсказать, но в последнее время все реже. Народ пошел матерый, умирать никому не хочется. Вот и подбирают всяких больных, уставших… — глянув на Мао, орк спохватился, — неопытных вот тоже… соблазняют. Этим безликим палец в рот не клади, дай план выполнить по душам. Тьфу! Твари крылатые!

- А призыв, получается – это такое зеленое поющее… нечто. – Мао вспомнил зеленый луч и песню, которую пели знакомые голоса. На душе у приунывшего таурена стало вновь светло и радостно. – Нанни, звездочка моя ночная, как же она сейчас переживает! Ты знаешь, куда идти, Крегг?

- Разумеется, Мао, разумеется. Идти надо туда, откуда мы пришли. На арену. – И орк уверенно зашагал в туман.

Мао старался не отставать от друга, хоть с непривычки ноги вязли в густом тумане. Крегг уверенно перескакивал с кочки на кочку и четко держался выбранного направления. Совершенно неожиданно для Мао они вынырнули из тумана прямо перед входом в Колизей. Непривычно пустынная площадка, обычно заполненная воинами, магами и торговцами, выглядела жутковато. Даже ступени не скрипели привычно под тяжеловесными шагами воинов.

- Крегг, — остановил орка Мао перед входом, — почему тогда никто не рассказывает о том, что будет после смерти? Про ангелов с вином? Про Дорогу Сна?

- Да потому, что когда ты открываешь глаза в мире живых, то уже не помнишь ничего. Там, – орк кивнул в сторону портала, — это знание не нужно. Вот помрешь еще разок – сразу вспомнишь наш разговор и будешь ждать призыва. Если будет кому тебя призвать, конечно.

- Готовься, пробуждение будет тяжелым. – Орк хлопнул таурена по плечу, и первым шагнул в портал.

Еще на эту тему: