Шархи. Часть 6: Это страшное слово — Смерть

Уважаемые читатели! Похоже, что эта неделя у нас — неделя фанфика, чему я очень рад. Читать произведения поклонников игры гораздо приятнее, чем официальные материалы в виде синих постов и сухих патчнотов. К тому же от новостей тоже устается и бета, сколь интересна бы она не была, тоже приедается. Сегодня я предлагаю вам 6 часть саги о Шархи от госпожи Галины. Могу с уверенностью сказать — эту часть рассказа автор прочувствовала до корней волос, а драматизм передан очень здорово.

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Пахнущие плесенью и заклинаниями от износа свитки противно шелестели в руках. Эстер, словно вернувшись в годы ученичества, закусила кончик пера и поёжилась. Ей было неуютно – архив Серебряного Рассвета располагался в подсобном помещении заброшенной во время Третьей Войны часовни. Местами разбитые окна были наспех заколочены потемневшими от времени досками, а по крошечной комнатке гулял противный сквозняк.

Так-так… Сестра Келла Беатрис прибыла… Приступила к заданию… Отчиталась… Опись предметов прилагается… Сплошная протокольщина. Интересно, эти миссионеры сами-то хоть это читали?

Магичка выжидательно посмотрела на смотрителя архива, пожилую гномку, закутанную в шерстяной плащ. Та, казалось, не замечала посетительницы и преспокойно дремала на рабочем месте. Пара золотых монет, перекочевавших из кармана Эстер на прошлогодний номер «Вестника Стальгорна», лежавший перед смотрительницей, сотворили воистину чудо. Гномка поднялась из-за массивного письменного стола, оправила некогда розовую косу, уложенную вокруг головы, и с видом придворной дамы на аудиенции у короля проговорила: «Благородная леди желает что-нибудь ещё?». Эстер кивнула. Через мгновение перед ней лежала пухлая связка свитков, с магической печатью, свидетельствующей о секретности – личная переписка всех, кто так или иначе работал на Серебряный Рассвет

Почерк у подруги убористый, аккуратный… Был… Эстер вчиталась в строки и не поверила своим глазам.

Для леди Эстер Дюма

от  Келлы Беатрис

Дорогая подруга!

Как ты поживаешь? Штормград всё так же оживлён и вечно весел? Знаешь, с тех пор, как я приехала в Чумные Земли, он мне кажется чем-то нереально-сказочным. Здесь ужасы Третьей Войны напоминают о себе на каждом шагу. Вчера прочёсывала Дарроушир, что чуть западнее нашего лагеря. В разрушенном доме, среди порождений Плети я обнаружила неупокоенный дух маленькой девочки. Малышка плакала, ей было страшно… Эстер, это ужасно! Не должна больше проливаться кровь разумных рас. Не должно больше быть войн.

Но, к сожалению, те, кто призваны оберегать Азерот от порождений Плети, устроили себе из неё кормушку. Серебряный рассвет только внешне чист и свят. На деле же я столкнулась с тем, что некоторые из их высших чинов сами же запугивают местное население, грозясь отдать их на растерзание Плети, если те не будут платить. Взятки, двусторонний шпионаж, грязь и двуличность… Кажется, приехав сюда под началом Серебряного Рассвета, я вляпалась в большую кучу драконьего дерьма, да простит меня Святой Свет. Вот закончу дела и тут же покину организацию. Святой Свет не за тем дал мне силы, чтобы я, пусть и косвенно, но пособничала Плети. Пожалуйста, никому не говори об этом письме. Я вернусь в Штормград и сама всё улажу.

Да сохранит вас с Уной Святой Свет, и да будут в мире и покое души Нерри и Тирона…

Эстер бессильно уронила свиток на стол – неудивительно, что она так и не получила это письмо…  И, будто в насмешку, дата письма совпадает с датой последнего задания Келлы.

Немного подумав, магичка порылась в сумке и достала успокаивающее зелье – нервы совсем ни к импу стали.

На прощание Эстер отблагодарила смотрительницу ещё пятью золотыми – любая, даже самая горькая, правда должна оплачиваться. На улице было холодно и сыро, а в носу до сих пор стоял запах старомодного парфюма и плесени.

Грифон уносил одинокую магичку из этой резиденции самой смерти, а ледяные струи дождя смывали с её щёк непрошенные слёзы…

А в это время в Глубинах Чёрной Горы команда героев пробиралась всё дальше и дальше..

Вард и Леркана, стоя спиной к спине, лупили Магмуса заклинаниями. Была у них такая неуловимая слаженность, словно они всю жизнь только и делали, что воевали рука об руку. Демон Бездны чернокнижницы лиловой смертоносной кляксой метался между прислужниками монстра.   Неподалёку впал в экстаз битвы грозный лунный совух. С некоторых пор Шархи позволяла второй ипостаси властвовать над собой во время боя. Казалось, сама луна бесновалась под сводами столицы дворфов клана Чёрного Железа.

Магмус медленно, но верно терял силы. «Давайте, ребятки! Ещё чуть-чуть!» — ободряюще выкрикнул Реан, и в древнего великана полетели самые мощные заклинания. Ни что не предвещало беды, когда издыхающая тварь внезапно отбросила Реана и рванулась к бойцам. Милен отработанным движением накинула на паладина защиту, но мгновения уходили, словно вода в песок. Смертельная волна пламени уже начала свой полёт. Леркана с выражением странной досады на лице отдала Демону Бездны последний, губительный для него приказ трансформироваться в щит. Демон всей своей сущностью рвался уберечь хозяйку, но не мог ослушаться приказа – на этот раз щит предназначался пшеничноволосому магу. Убедившись, что приказ исполнен, Леркана выступила чуть вперёд и с безумным хохотом ударила огненным ливнем.

В следующий миг всё закончилось. В стороне, тихонько бранясь, приходил в себя Реан, медленно оседая на пол, меняла ипостась Шархи, выходила из боевого транса Милен, а возле потерявшего сознание Варда догорало то, что осталось от седой красавицы-чернокнижницы. Было ясно, что ни Милен, ни Шархи, ни сама богиня Элуна тут уже не помогут.

Внезапное осознание произошедшего пронзило Шархи, словно клинок. Липкая, тягучая истерика подступила к горлу. Почему? Почему уходят истинные герои? Почему все мы смертны? Рыдания эльфийки взвились под своды Железного зала.  Она смотрела остекленевшими глазами, как суетилась вокруг раненых Милен, и выла на одной ноте. Безумие теплой волной захлестнуло друидку.

Милен не хватало сил на обоих раненых, а Реан был слишком слаб, чтобы помогать. Сама не понимая, что делает, жрица разъярённой гарпией подлетела к Шархи и начала изо всех сил хлестать её по щекам.

-Давай же! Ты нужна нам! Варда ещё можно спасти! – удары становились всё сильнее и сильнее. Кое-где белоснежную кожу друидки уже пересекали набухающие кровью царапины. – Она погибла, чтобы он жил! Понимаешь? Она пожертвовала собой! Очнись ты уже, истеричка импова!

Милен уже трясла подругу, словно тряпичную куклу, но всё было тщетно. Она обессилено упала на колени рядом. По щекам обеих эльфиек катились крупные жгучие слёзы. Звуки внешнего мира стихли. Остался только горький и безнадёжный плач. Казалось, даже древние стены прониклись этой болью и безысходностью.

Еще на эту тему: