Она сидела около дома…

Сегодня у нас публикуется рассказ, а точнее — начало рассказа автора Никиты. Помнится я уже говорил когда-то, что именно творчество сообщества делает мир Warcraft таким живым и интересным. И когда я вспоминаю Наненкас или Шархи я всегда тихо улыбаюсь про себя: такие истории имеют разительный контраст с тем, что мы видим в игре.

Как всегда с начинающими авторами: критика приветствуется, но только обоснованная и адекватная. По поводу художественной ценности скажу сразу: если уж я разместил данный текст в блоге, значит он действительно нравится мне со всеми вытекающими последствиями =)

Она сидела около дома, и жевала морковку… Сладкую и хрустящую…

Натастра обожала морковку, потому что она была в цвет её огненно-рыжих волос. Натастра — девушка-человек, разбойница по профессии и магесса в душе. 2 раза в неделю она тяжело поднималась по ступеням башни магов к магистру Эйдану, чтобы тот обследовал её на предмет хоть каких-нибудь магических способностей, но кроме умения метко плевать в почтовый ящик с крыши башни Магов он ничего не нашёл… Натастра была очень огорчена положением дел, и часто слёзы медленно стекали по её щекам. Она не любила грабить людей, но получалось у неё это мастерски, и это был её единственный способ выжить в этом злом и опасном мире…

Началось всё 16 лет назад, когда её отец напился в кабаке и сильно пострадал в пьяной драке. Подробности очень сложно описать, но сказать можно одно, что зарабатывать на жизнь он не мог… В то же время умерла её мать. Как говорил отец, Натастра была очень на неё похожа, та же походка, те же огненно-рыжие волосы, те же голубые глаза… Но с 16 лет девочке пришлось зарабатывать на жизнь себе и своему отцу, самой. Она подавалась в разные профессии, но по душе ей пришлось только мастерство Портальных путешествий и Магических превращений. Там же – в башне Магов, она встретила своего единственного друга. Она был гномом, и на вид ему можно было дать лет 50-60, но по факту ему не было и 20.Седые волосы, огромная серая борода и усы, могли выдать в нём кого угодно, но никак не мага, обожающего инженерию (которому нет и 20 лет)

По правде говоря, Натастра люто завидовала Пароблеску за его магические способности, но понимала, что желание проверить старый миф, о том, что если убить могущественного мага, то его способности перейдут к убийце, не приведёт ни к чему хорошему. Потому она держалась, как могла. 2 раза в неделю по разрешению магистра Эйдана она оттачивала своё мастерство плеваться с фиолетовой крыши башни, пыталась выдавить из себя хоть маленькую струйку огня и продолжала завидовать Пароблеску, который с удовлетворением убивал голубей, кидая в них Огненные шары, размером с теннисный мячик.

Однажды Эйдан сказал, что ему нужны куклы Вуду, которые можно найти только в Тернистой долине, и Натастра должна добыть их. Она была очень удивлена этой просьбе, но не осмеливалась сказать что-то взамен. Найдя Пароблеска, они решили двинуться в путь на грифонах, и, подойдя к мастеру полетов, сказали пункт назначения.

Полёт выдался как никогда удачным. Свежий летний воздух приятно бил в лицо, ароматы зелёных крон Элвина наводили на воспоминания о беззаботном прошлом и годах жизни с мамой. Она не хотела думать о матери и отце, но так получалось, что она опять плакала… Она считала слёзы признаком слабости, но ничего не могла поделать с собой. Пароблеск говорил, что слёзы признак силы, как и страх, но она ему верила очень слабо.

Они пролетели над Златоземьем, именно над тем кабаком, в котором изрядно досталось её отцу. Она не любила это заведение, как по личным причинам, так и потому что хозяин того кабака пару раз получал в челюсть маленьким кулаком, за то, что приставал к Натастре.

* * *

«К тебе прибудут гости Рак’Джин, готовься!!!» — прошипел и потух костёр. Рак’Джин как чувствовал свою скорую добычу и совсем не слушал интуицию, которая приказывала ему бежать. Рак’Джин был очень самонадеянным Троллем, но именно поэтому он сумел возглавить целое племя. Его огонь сжигал всё на своём пути, соседние племена боялись даже вслух произносить его имя, потому что в юношестве он убил своего отца и свою мать, поглотив их силы с помощью Вуду.

* * *

Натастра спрыгнула с грифона на твёрдую землю, и стала ждать Пароблеска. Ему было сложно самому спуститься с грифона из-за маленького роста, и потому он выглядел крайне нелепо, когда мастер полётов снимал его.

Натастра хихикнула, но не громко, чтобы Пароблеск не услышал. Но он заметил мимолётную улыбку и надулся. Она нагнулась к нему и потрепала его волосы, на что он ответил ей ледяным дыханием. Она рассмеялась. «Ты такой смешной, когда сердишься», сказала Натастра, на что Пароблеск надулся ещё больше. Она пошла дальше не обращая внимания на дующегося Пароблеска, потому что знала, что он быстро остынет и перестанет обижаться.

На самом деле Пароблеск очень гордился своим ростом. Он говорил, что чем меньше рост, тем больше мозг, чем иногда подкалывал Натастру. Она не обижалась, парируя тем, что его однажды может утащить самая большая штормградская крыса, чучелами которых обычно пугают маленьких детей. Пароблеск иногда дулся на это, а иногда хвалился, что убьёт 10 таких крыс одной левой с закрытыми глазами. И на такой весёлой ноте, шутя и веселясь, они шли прямиком до Пиратской бухты. Один раз на них выбежала огромная горилла, но Натастра достала кинжалы и горилла в панике убежала. Натастра была до последнего уверена, что Пароблеск скривил за её спиной какую-нибудь страшную рожу, но проверять не стала.

2

После прибытия в Пиратскую бухту они хотели только 2 вещи: есть и спать. Пароблеск решил убить пару птиц, но гоблин-костолом, который подошёл с доброй улыбкой и булавой наперевес, отшиб всякое желание расчехлять оружие и заклинания. Единственное верное решение, которое они предприняли, это направить свои тела в сторону таверны, где можно отдохнуть. Как только они вошли в таверну на них начали странно смотреть люди, и вдруг подошла одна дренейка. Она представилась красивым именем Лирайа, но Натастра, в отличии от Пароблеска не была впечатлена. Лирайа была очень высокой дренейкой, даже Пароблеск (который хвалился, что на росте съел собаку) был поражён. Она была как истинная дренейка, светло-фиолетовая кожа, светло – русые волосы, и величавая, почти королевская походка. Пароблеск по-тихому пустил слюну (к дренейкам у него всегда были особые чувства). Лирайа обратилась к Натастре: — “Я слышала, что вам не помешала бы помощь, Я жрица и могу излечить ваши раны во время и после боя”. Натастра смогла кивнуть головой, не только потому, что поняла только слово помощь (дренейский акцент воистину ужасен), но и потому, что была измотана долгой дорогой. И как только Лирайа закончила своё предложение, подошёл гоблин который являлся хозяином таверны. И собравшись что-то сказать, увидел перед собой пару звонких золотых монет, которые появились как будто из ниоткуда. За соседним столиком костоломы уже выводили полупьяного завсегдатая, которому нечем было расплатиться за выпивку. Крики были долгими и пронзительными и все снова начали косить на Натастру, но она сидела тихо, изображая пай – девочку. Она и не думала воровать эти монеты, но, к сожалению, они с Пароблеском “оставили” свои кошельки дома. Она попросила 2 номера и еды, но гоблин и не собирался выполнять просьбу, продолжая пристально смотреть на Натастру. Лирайа решила взять инициативу на себя. И после пары заклинаний лечения и контроля разума ключи от номеров были у наших путников. Правда монеты вновь куда — то пропали (гоблины очень падки на золото).

* * *

-Грядёт буря, Рак’Джин, а ты к ней не готов…

-Го’Рка не учи меня жить, я сам знаю, что было и что будет.

-Но Рак’Джин я всего ли…

-Я СКАЗАЛ, НЕ УЧИ МЕНЯ! МОЯ МАТЬ УЖЕ ПЫТАЛАСЬ МЕНЯ НАУЧИТЬ! НЕ БУДИ ОГОНЬ!!!

-Помни мои слова Рак’Джин, огонь не опасен против хитрости

-Но огонь опасен для всего остального Го’Рка, передай вождю, что я в очередной раз отказываюсь от его помощи, и передай ему, что пока горит мой костёр, я не попрошу его помощи!

-Вождь проявляет великую щедрость, приглашая тебя в Оргриммар…

-Огонь не проявляет щедрости и милосердия Го’Рка, и ты это знаешь. Счастливого пути.

* * *

«Натастра бежала по лесной поляне, собирала цветы, и сплетая венки кидала их на голову Пароблеска. Ему это не особо нравилось но он проявлял терпение. Но терпение гнома было не бесконечным, потому очередной венок он сжёг ещё в полёте. Натастра обиделась и села на полянку. Запах цветов дурманил её разум, но вдруг всё погасло…

Натастра увидела далёкий огонёк вдали и вдруг поняла что она замёрзла. Она решила пойти погреться. Одна половина её души всячески упиралась и не хотела идти на этот оранжево-синий огонёк, но холод был силён, как и вторая половина души. Натастра подошла к костру и присела возле него. Но как только она поднесла руки к костру чтобы их погреть, они загорелись… Натастра вскрикнула и испугалась. Но ей нравилось это ощущение и она ощущала дикий восторг когда у неё в руке вдруг образовался шар. Она метнула его в огонь и он разгорелся круче прежнего. Она нечаянно подковырнула ногтем кусочек спёкшейся крови на ноге (нога сильно чесалась, и она ничего не смогла с собой поделать) и была крайне ошарашена случившимся положением вещей. Её ноги занялись огнём, и стали немного побаливать… Натастра побежала к реке, чтобы сбить огонь с ног, но зайдя по колено в воду она поняла, что это бесполезно. Через некоторое время всё её тело было поглощено огнём.

Вдруг огонь как будто отошёл от Натастры на пару шагов вперёд, оставив её голую (огонь сжёг все вещи, которые были на Натастре) замерзать. Натастра пыталась подойти к огненным очертаниям человека, но на каждый её шаг вперёд он делал 2 шага назад. Вдруг завыл ветер, и Натастра съёжилась от холода. Среди ветра были слышны голоса и демонический хохот. Появлялись и исчезали очертания знакомых и незнакомых среди Альянса и Орды… Она видела свою мать, которая говорила с Эйданом… и увидела себя… Крик прервал все приятные и неприятные видения, и Натастра поняла, что это её собственный крик.»

* * *

Натастра проснулась с дрожью по рукам и ногам. Холодный пот струился по её лицу. Она выпила воды, и успокоившись решила спуститься вниз. Она услышала, что Лирайа что-то невнятно сказала на искорёженном всеобщем, и попросила у гоблина ещё сока. Натастра, конечно же, не понявшая не единого слова, попросила у гоблина того же, что и дренейка, и кое как собравшись с мыслями, решила прогуляться на местный аукцион. Поднявшись наверх, и распинав Пароблеска, после чего, выслушав целую гору трёхэтажного мата (иногда этот гном ругался похлеще пьяного сапожника) они двинулись в сторону аукциона. Кого только на том аукционе не было, Натастра, решив поживиться свежими монетами, увидела гоблина с булавой наперевес идущего к ней. Она смущённо улыбнулась ему, и он прошёл мимо. Пароблеск уже выбирал каких-то странных питомцев на аукционе, Лирайа рассматривала старые дренейские посохи. Вдруг она почувствовала непонятную слабость в руках и ногах. Посмотрев на свои руки полусомкнутыми глазами, она увидела как они горят…

* * *

Она очнулась в кровати, рядом с ней сидела Лирайа и что-то невнятно бормотала, она попыталась распознать хоть одно слово из тех, которые она говорила, но кроме головной боли ничего не разобрала. Вдруг она увидела слабый свет на руках Лирайи и удивлённое лицо Пароблеска, вошедшего в комнату. Она почувствовала невероятную лёгкость во всём теле, и подняла корпус. Лирайа продолжая невнятно бормотать подняла руки вверх и одновременно с этим всё её тело покрылось ярким светом обжигающим глаза. Глаза Лирайи горели синим пламенем, над её лбом, чуть ниже основания рогов, начал проявляться странный знак.

Лирайа начала говорить громче, и вскоре перешла на крик. Свет стал нестерпимо ярким, потому пришлось с силой зажимать глаза и прикрывать их рукой, чтобы не ослепнуть. Лирайа поднялась над землёй и с последним криком она упала на деревянный пол таверны. Пароблеск подбежал к ней, и начал легонько шлёпать её по щекам своими маленькими ладошками. Натастра подскочила и подбежала к Лирайе. Лирайа лежала без сил, но жизнь не покинула её. У неё билось сердце (Похотливый Пароблеск убедился в этом пару-тройку раз и Натастра решила довериться этому развратнику).

Лирайа чуть заметно приоткрыла глаза. Над ней стоял Пароблеск и Натастра и о чём то заговорщицки перешёптывались. Но как только она подала голос, они обратили на неё своё внимание. После долгих разговоров Лирайа всё таки решила объяснить нашим друзьям, что она сотворила. После всех объяснений наши друзья поняли, что заклинание называется Ритуал замещения жизни, и действует образом смены душ.

Это заклинание доступно только великим жрецам Наару, и может привести к смерти заклинателя. Натастра расплылась в благодарной улыбке и обняла дренейку, которая уже успела привести себя в нормальное состояние…

Еще на эту тему: